Мы рождены, чтоб Кафку сделать Жаном Полем?
— Цитирую Макса Брода из «Веры и учения Франца Кафки»: «Просто абсурдом, явной приметой смятения умов в наше время является тот факт, что мыслителя и художника, который как едва ли кто иной глубинно укоренен в метафизическом, сегодня пытаются поместить в один ряд с представителями французского экзистенциализма (Сартр)». Вы согласны с Бродом?
— Дело не в том, кто «глубже» или «метафизичнее»; дело в другом – это разные типы сознания. И историко-культурного, и экзистенциального. В варианте Сартра перед нами типичный галльский публицист (ничего плохого – «публицист» не в русском смысле!), публичный интеллектуал, литератор (в самом наилучшем из смыслов). Кафка никогда не был «интеллектуалом», от слова «публичный», думаю, его могло бы стошнить, и – самое главное – он не был профессиональным литератором. Как и все гиганты модернизма ХХ века, он дилетант, любитель, аматер. Пруст – типичный светский дилетант. Джойс – дилетант-богохульник, дилетант-лингвист, дилетант-историософ. Беккет – вообще «подпольный человек». Борхес – мальчик из хорошей обедневшей семьи, начетчик, принципиальный аматер. Ну и Кафка – страховщик, снедаемый графоманией и графофобией одновременно. Дилетанты создали литературный модернизм; если бы не они, мы бы жили до сих пор в очень профессиональном бальзаковско-тургеневско-диккенсовском мире беллетристики. Собственно, бОльшая часть литературы в нем и живет сегодня — та, что зиждется на идее «романа», который «покупает» и читает «публика». Возвращаясь к сравнению с Сартром: оно некорректно. Они – Жан-Поль Сартр и Франц Кафка – вообще не могу находиться в «одном ряду», как павлин и камень.
Читать с нуля.
— Дело не в том, кто «глубже» или «метафизичнее»; дело в другом – это разные типы сознания. И историко-культурного, и экзистенциального. В варианте Сартра перед нами типичный галльский публицист (ничего плохого – «публицист» не в русском смысле!), публичный интеллектуал, литератор (в самом наилучшем из смыслов). Кафка никогда не был «интеллектуалом», от слова «публичный», думаю, его могло бы стошнить, и – самое главное – он не был профессиональным литератором. Как и все гиганты модернизма ХХ века, он дилетант, любитель, аматер. Пруст – типичный светский дилетант. Джойс – дилетант-богохульник, дилетант-лингвист, дилетант-историософ. Беккет – вообще «подпольный человек». Борхес – мальчик из хорошей обедневшей семьи, начетчик, принципиальный аматер. Ну и Кафка – страховщик, снедаемый графоманией и графофобией одновременно. Дилетанты создали литературный модернизм; если бы не они, мы бы жили до сих пор в очень профессиональном бальзаковско-тургеневско-диккенсовском мире беллетристики. Собственно, бОльшая часть литературы в нем и живет сегодня — та, что зиждется на идее «романа», который «покупает» и читает «публика». Возвращаясь к сравнению с Сартром: оно некорректно. Они – Жан-Поль Сартр и Франц Кафка – вообще не могу находиться в «одном ряду», как павлин и камень.